Интервью с Бинафша Нодир

Бинафша Нодир - искусствовед, доктор философии (PhD) по искусствоведению, главный редактор журнала «SAN’AT» Академии художеств Узбекистана и журнала «Hunarmand» Ассоциации ремесленников Узбекистана, старший научный сотрудник Института искусствознания Академии наук Узбекистана.

Её научная и кураторская деятельность посвящена изучению, сохранению и популяризации традиционного декоративно-прикладного искусства Узбекистана, художественного своеобразия региональных школ и преемственности ремесленных традиций. Автор и куратор многочисленных выставочных проектов в Узбекистане и за рубежом, в том числе «Нить, соединившая поколения», «Рождение сузани» (Ташкент), «Сузани. История одной вышивальщицы» (Рига, 2024; Баку, 2026) и «Там, где рождается узор. Четыре пути узбекского текстиля» (Вашингтон, 2026).

Участвует в международных научных конференциях и культурных проектах, сотрудничает с Представительством ЮНЕСКО в Узбекистане в рамках инициатив по сохранению и развитию традиционного искусства.

Автор около 150 научных и научно-популярных публикаций, книг-альбомов и выставочных каталогов. Награждена нагрудным знаком «Маданият ва санъат фидокори».

Что может рассказать сузани о жизни людей, которые создавали его столетия назад?

«Сузани можно рассматривать как своеобразный историко-культурный источник, в котором отразились уклад жизни, семейные традиции, мировоззрение и эстетические представления людей своей эпохи. Его орнаментика, композиция, цветовая гамма и техника исполнения позволяют проследить региональные художественные особенности, культурные связи и преемственность традиций. Будучи важной частью семейной и обрядовой культуры, сузани также даёт представление о социальном положении семьи, роли женщины в сохранении художественного наследия и передаче мастерства из поколения в поколение.»

Можно ли сегодня правильно прочитать символику традиционного орнамента или часть его смыслов уже утрачена?

«Символику традиционного орнамента нельзя воспринимать как своеобразный словарь, в котором каждому мотиву раз и навсегда соответствует определённое значение. Многие первоначальные смыслы со временем изменились или были утрачены, а существующие трактовки, в том числе в искусствоведческой литературе, нередко носят предположительный характер. Поэтому при отсутствии убедительных исторических источников, документальных или этнографических свидетельств следует избегать категоричных утверждений, используя формулировки «возможно», «предположительно». Изучая исторические материалы начиная с XIX века, я обратила внимание, что значения отдельных орнаментальных мотивов могли существенно меняться на протяжении 80–100 лет, а в более поздний период порой даже за полвека. Во время наших экспедиций мы неоднократно фиксировали, как сами мастерицы давали традиционным узорам новые названия и объяснения, что ещё раз подтверждает необходимость различать первоначальную символику орнамента и её позднейшие интерпретации.»

Что происходит с традиционным ремеслом, когда оно выходит за пределы своего первоначального назначения?

«Когда сузани из части приданого и семейного убранства превращается в музейный экспонат или украшение современного интерьера, а керамическая посуда из предмета повседневного быта становится объектом коллекционирования, меняются прежде всего их функции и культурный контекст. При этом сохраняются художественная форма, орнамент, техника исполнения и мастерство, но нередко утрачивается связь с обрядами, традициями и той средой, в которой эти произведения создавались и использовались. Вместе с тем музейное изучение и коллекционирование способствуют сохранению художественного наследия, а новые формы применения открывают возможности для дальнейшего развития ремесла. На мой взгляд, важно не только сохранить сам предмет, но и знания о его происхождении, первоначальном назначении и художественных традициях.»

Если бы вы могли познакомить зарубежного коллекционера только с одним произведением узбекского прикладного искусства, что бы вы выбрали и почему?

«Я бы выбрала сузани, поскольку в нём наиболее ярко раскрываются художественное своеобразие, богатство традиций и мастерство узбекских вышивальщиц. В его орнаментике, композиции и колорите отражаются особенности региональных художественных школ, эстетические представления и культурные связи разных эпох. Для меня сузани представляет особую ценность ещё и потому, что это не просто произведение декоративно-прикладного искусства, но и важная часть семейной и обрядовой культуры, в которой сохранились художественные традиции, передававшиеся вышивальщицами из поколения в поколение.»

Было ли в вашей исследовательской практике открытие, которое заставило вас по-новому взглянуть на керамику?

«Одним из интересных открытий для меня стало то, насколько тесно история керамики связана с культурными контактами между народами. На примере китайского фарфора и керамики исламского мира можно проследить, как художественные формы, орнаментальные мотивы и технологии, проникая в другую культурную среду, переосмысливались и приобретали новые черты. Это позволяет иначе взглянуть на само понятие художественной традиции, своеобразие которой формируется не только внутри определённой школы, но и в процессе взаимодействия с другими культурами.»

В какой момент предмет прикладного искусства становится произведением искусства?

«На мой взгляд, не совсем, верно, искать тот момент, когда предмет становится произведением искусства. Ведь даже вещь, созданная для повседневного использования, может обладать высокой художественной ценностью, если её форма, материал, орнамент и техника исполнения складываются в единое целое. При этом виртуозное владение техникой ещё не гарантирует художественной выразительности, а возраст предмета сам по себе не делает его шедевром. Музей или коллекционер могут изменить статус вещи и наше восприятие, но её художественная ценность определяется прежде всего качеством художественного решения.»

Какие детали в сузани или керамике обычно остаются незамеченными людьми, но особенно важны для искусствоведа?

«Обычно внимание зрителя привлекают орнамент, цвет и общая композиция, тогда как для искусствоведа не менее важны детали, которые на первый взгляд кажутся второстепенными. Например, в сузани особое значение имеет орнамент каймы. Центральная композиция может меняться, в то время как мотивы и характер построения каймы нередко сохраняют устойчивые особенности, помогающие определить региональную принадлежность и художественную школу произведения. Не менее информативны характер стежков, техника вышивки, а в керамике форма сосуда, особенности росписи и глазури, по которым можно судить о технологии изготовления, художественной традиции и индивидуальном почерке мастера.»

Что сегодня важнее для сохранения традиционных ремёсел: передача знаний новым поколениям мастеров или формирование интереса к ним у коллекционеров и широкой аудитории?

«На мой взгляд, первостепенное значение имеет передача мастерства, ведь музей или коллекционер могут сохранить произведение, но не способны обеспечить продолжение самой традиции. Причём от мастера к ученику передаются не только технические приёмы, но и знания о материале, принципах построения орнамента и композиции, особенностях колорита и художественных традициях региональной школы. Вместе с тем интерес коллекционеров и широкой аудитории не менее важен, поскольку востребованность помогает ремеслу сохранять своё место в современной жизни. Однако здесь важно не подменять развитие традиции её коммерческой стилизацией, ведь преемственность заключается не в механическом повторении старых образцов, а в сохранении художественных принципов, допускающих и новые творческие решения.»